Китайская поэзия

Добро пожаловать на сайт посвященный китайской поэзии

    Печаль от долгой разлуки с другом-ученым, живущим в безвестности и нищете; печаль от бессилия помочь слабым и униженным; печаль при мысли о тщетности благородных устремлений и мужественных порывов; печаль от созерцания уродливости мира, от лжи и лицемерия придворных льстецов; печаль женских покоев и одинокого ложа; печаль усталого путника в его бесконечных странствиях; печаль поэта при виде бедствий народных, погасших очагов и безмолвия в некогда шумных селениях, где прошла война, - это "семь печалей", о которых писал древнекитайский поэт Цао Чжи. И не он один, - безымянные певцы и знаменитые стихотворцы до Цао Чжи и после него слагали строки, окрашенные горечью И печалью.
    Разумеется, не одной печалью отмечены творения китайских художников; они знали восторг вдохновения и радость любви, счастье исполненного желания и удовлетворенность от плодов рук своих. Но печаль сопровождала поэтов всегда; она была родной сестрой высокой мечты, своими приглушенными тонами придавала своеобразную окраску горьким словам поэта о его бессилии что-либо изменить в существующем миропорядке.
    В XX веке все громче звучал голос гнева, но он не мог заглушить голоса печали. В стихах многое стало иным, либо изменились сами поэты: прежде всего они приблизились к народу, к человеку, к его каждодневному бытию, но и в этих стихах мы явственно слышим мелодию тоски, потому что в жизни существуют несправедливость и горе, и не исчезает тревожная мысль о краткости человеческого пути и неумолимости его конца. Читатели, вероятно, почувствуют эту боль и смятение, столь близкие их собственным духовным исканиям и тревоге.
    После 1 октября 1949 г., дня провозглашения Китайской Народной Республики, в отечественной поэзии подуло бодрящим вет-[юм надежды. Перед народом страны встала задача созидания общества на иных, чем раньше, нравственных, идеологических и политических началах, задача невероятной трудности, если иметь в виду живучесть канонизированного Мышления и феодальных предрассудков, стеной преградивших путь гуманистической идее, не покидавшей художников слова с древних времен.
    Но прошло десятилетие и еще несколько лет, и мечта, бесплотная и хрупкая, и надежда, едва приблизившая к людям те моральные ценности, которым она поклонялась, были грубо попраны так называемой "культурной революцией", "десятилетием великих бедствий"; беззаконие и тирания обрекли поэтов на долгие годы кричащей немоты. Не печаль, а безысходность и отчаяние овладели разумом и чувством. Читатель прочтет об этом в книге. И найдет в ней иные строки - о возвращении Весны, вместе с ней и новой надежды, смешанной с горечью и печалью, ибо ее приход оплачен немыслимыми жертвами, необратимостью трагедии миллионов женщин и мужчин, стариков и детей.
    Мы свидетели нового противоборства веры и безверия, надежды и печали; однако многое из происходящего ныне в китайской литературе еще предстоит осмыслить и передать в русском стихе.